вторник, 31 марта 2015 г.

Обратная сторона. Итоги конкурса и комментарии жюри

Хей-хей, мои хорошие!

В нашей группе в контакте вы неоднократно наблюдали анонсы конурсов, причём чаще всего появляются конкурсы от Кота Кандамара. Вот и один из крайних конкурсов был от Кота, а назывался он "Обратная сторона":

Каждый из нас принимал участие в множестве боев. От мелких стычек, до эпичных битв с участием богов и драконов. Иногда вы шли в бой в одиночку, чаще в компании верных друзей. Число ваших побед давно исчисляется сотнями, а лица побежденных сменяют друг друга теряясь в летописях и уголках памяти. Но всегда есть вторая сторона. Есть те, кто так же идет на битву, но уже против вас.
Опишите бой от лица любого босса подземелья или рейда. Иллидан, Йор'Садж, Лорд Питонас - все они одинаково подходят. Описание боя от лица босса обязательная часть, но может быть не единственной, события до и после боя, взгляд других участников также могут присутствовать.
Работы принимаются в этой теме до 27 марта включительно.
Победитель сможет выбрать в качестве приза фигурку Иллидана, либо Фростморн.

 


Второе и третье место также не останутся без призов.

А когда нам ещё и предложили поучаствовать в конкурсе в роли жюри, мы не смогли отказаться :) Ну и свой анализ с рецензиями на произведения конкурсантов мы тоже опубликуем.

Для начала предлагаю вам познакомиться с рассказами претендентов. Рассказы идут в порядке их публикации на форуме Хранителей Легенд, площадке конкурса. Первая работа от нашего согильдийца, а по совместительству соседа по блогу - Гном-корреспондента. Обычно Гном пишет по-английски, но тут решил всё же выступить практически на нашем с вами языке :D

Gnomcore

Весь выводок я взять и исход из нора. Весь брат, сестра, еще тот брат что родился справа, многие дети и малыши. Самый толстый, самый красный глаз, но гнать нас наружу Мать - сковорода, вилка, потом ботва гнать выводок из нора. Говорить: не сидеть нора, реповая голова, ходить искать гулять и ужин. 

Желтый глаз теплить, мухи жалить, река спать, ленивый как панда копатель. Ленивый желтый река, юп. Мы плыть ленивый вода, выводок прыг-хоп ибо чуять зёрен и горох и кислый овощ. Вкус-запах маринад, такой в новый год украл, ел, рос, радовался. Фрр! - лезть из вода на большой панда-дом. Колесо-круг велик, крутить, давить два кузен-малыш, никто их не считать. Выводок и я и бабуля по колесо, все по голова хоп, хоп, хоп, панда дом залезть! Слышать хозен пати праздникство, но хитрый умный брат и сестра дверь закрыть и пировать спо-кой-н. 

Сам балкон на мост садить и тащить мне брат и брат из низкий дверь-щелка морковь и морковь мне, зерно. И кислый фрр вкус не добро, но похож маринад, ел. Сомлеть, спать, река ленивый, желтый глаз теплить, печь. Слышать: брат и брат кричать, все равно ни раз морковь не поделить, мне не удивиться, ни проснуть.

Раз проснуть - все прыгать и кричать страшный, кто бегать тут - не хозен не ящероки не панда, малыш и тонкий раз два третий пятый. Пять! Фрр. Брат и брат поломать молоток шмапс! Голова кружить брат и брат кричит защита оборона спасение. 

Я прыг на тонкий малыш но не давить твердый малыш какой, заноз и только. Я его их хвост лупить и кружить - идея нехорош, голова нехорош и кружить. Кислый морковь обратно хотеть из я, сама побежать как из, все малыш облип и сомлеть, браты молоток и другой нашли несут из закрома. Зуб в самый твердый малыш хряп, малыш сомлеть, на железный попа плюх, лежать как репа. РЕПА... репа слово говорит морковь кислый в мне: иди опять вон ходить наруж. Малыш все опять сомлеть с морковь. 

Как не то что это, слабость, малыш колючка зеленовый колет в пятккк и железный осветисвтяился и всвтваытьь в нс.. носс палкой мн.. не оч. Не очень. А ибраты... и бртаы брат лежат мртв... все сомлел а и пустть мжно отдхн сейчпс тогд. Просн - им всем покажж.. фрр.рррр... 


Желтый глаз теплить, ленивый река у большой панда дом спать, большой мех красный глаз закрыть, ветер шерстку шевелить... 



Следующей в конкурсе решила поучаствовать наша любимая Эсмин, тоже коллега по цеху :3 Наташа своё произведение публиковала в своём блоге, поэтому я оставлю здесь ссылку на оригинал, но всё же скопирую и к себе:


Эсмин - Очиститесь Лифтом!

Я - мировое зло. По крайней мере, именно так утверждают те 100500 неудачников, которые на мне вайпнулись. Хотя, в действительности я - не что иное, как обычная поднимающаяся и опускающаяся платформа. Кто-то называет меня "Лифт", кто-то "Подъёмник", а кто-то очень громко "ЭЛЕВАТОР". Сам себя я зову Слава. Почему Слава, спросите вы? Ну-у-у... Знаете, у меня есть куча родственников по всему миру: в Оргриммаре, Змеином Святилище, Цитадели Ледяной Короны, например. Они - самые крупные и известные. Есть и ещё множество братьев-провинциалов, также изрядно попортивших жизнь многочисленным путникам. Но! Ни один из них не заслужил такую громкую и жуткую славу, как я, "Самый-страшный-босс-Твердыни-Крыла-Тьмы"! Мои победы увековечены в статистике огромного числа персонажей!
Видели бы вы меня в молодости! Целые рейды захаживали ко мне в гости... распускались и расходились, не в силах вынести психологическую атаку - внезапную смерть своих товарищей. На меня писались тактики, но ни одна из них не гарантировала победу. Чтобы меня обхитрить, рейдеры делились на несколько групп, посылая в первые ряды жрецов, магов и паладинов. Но эти несчастные глупцы не подозревали, что любые попытки замедлить свое падение приведут их прямиком в лапы моего помощника - Огромной Ямы с Лавой! Правда, должен сказать, что живучие паладины со своим Божественным щитом и хорошей реакцией, изрядно попортили мне нервы... 
Один такой воин света взял в привычку приходить каждую неделю и унижать меня на глазах у своих союзников. Разъярённый, я проник в мысли его лучшего друга - жреца, которому паладин доверял целиком и полностью. Вовремя использованное против бегущего паладина Духовное рвение навсегда отбило у наглеца желание соваться в мое логово. Поговаривают, что не в силах вынести позора, паладин отрекся от Света, ушел в какую-то глушь и написал там книгу "История о невинных душах, загубленных жестокой гравитацией и её союзником, Лифтом".
В другой раз ко мне забрела пачка очень весёлых и довольных своими успехами новичков, только что одолевших первых двух боссов. Их рейд-лидер нарочито пугающим голосом начал рассказывать легенду с мировых форумов о секретном и непроходимом Элеваторе:
- Ребята, ходят слухи, что здесь обитает самый страшный противник, которого только можно себе представить. Иллидан и Король-Лич на его фоне - просто невинные младенцы. Судя по карте, мы как раз приближаемся к нему.
- Ооо, правда? Что с него дропается?
- Легендарки! Куча легендарок для каждого класса!
- Серьёзно?! Так давайте же убьём его! Какая там тактика?
- Ну, здесь пишут, что для начала необходимо сбросить вниз жертвенного гнома или гоблина. 
- Но у нас же нет ни гнома, ни гоблина! Что теперь делать?
- Хммм... возможно дерево подойдёт? Он как раз АФК...
- Гениально! Все любят друидов! Несите его!
...
- Что-то долго летит.
- А ты чего хотел? Там 250 метров высоты. О, упал.
- Ну наконец-то. И что теперь? Где легендарки?
- Да погоди ты. Для начала надо спуститься. Так, танки и хилы. Идите вперед, Элеватор почти подъехал. Но помните: как только он достигнет края, сразу делайте шаг вперёд! Не мешкайте! Этот босс очень коварен! И-и-и... Три. Два. Поехали!!!
Как я и ожидал, проверку на реацию прошли не все. Парочка самых опытных рейдеров всё-таки успешно погрузилась на меня и с довольными улыбками едет вниз. Остальные же с истошными криками туда летят. И разбиваются. Ну а что, мягкую посадку никто не обещал. Уже подъезжая вниз, я наблюдаю не менее прекрасную картину. Очередной сюрприз для рейда: успешно сесть на меня недостаточно, нужно ещё и вовремя спрыгнуть. В итоге, при минамальной затрате усилий с моей стороны внизу в живых остается один лишь танк. Наверху начинается настоящая паника. Многие покидают группу и бегут. Рейд-лидер безуспешно пытается всех успокоить. В этот момент вырисовывается новый герой - охотник:
- Пацаны, спокуха. Сжали булки! Сейчас папочка вам покажет как это делается! 
Произнеся эти слова, охотник прыгает в пропасть. За секунду до приземления он использует Отрыв, и-и-и... оказывается лицом к лицу с одним из моих драконов. Охотник тут же прибегает к своему излюбленному приёму - притворяется мёртвым! А дракон уже летит в сторону воскрешенных танком рейдеров...
- Нда. Всё-таки надо было искать гнома. Чёртово дерево.
Ээээх, как давно это было...
К сожалению, время беспощадно. Все боссы стареют, а эти "геройчики" лишь приобретают новые уровни и умения. Мои былые заслуги почти позабыты... Сейчас мало кто захаживает в Твердыню Крыла Тьмы. В основном это охотники, пришедшие унизить Химерона и сделать его своим питомцем. Либо помешенные на трансмогрификации модники. Одни с горящим взглядом и капающей слюной уничтожают всё на своем пути. Другие флегматично ваншотают боссов. Но! Даже имея 100 уровень и лучшую экипировку, они не могут победить МЕНЯ, Славу, мастера Гравитации!


Следующий участник конкурса - некто Медвед с самым настоящим обзором страшнейшего зла в Азероте, читайте сами:

Медвед




Двадцать величайших из ныне живущих героев Азерота, которые сражались плечом к плечу в Запределье, Нордсоколе и других частях света против безумства “Злодеев”, сохранили верность своему повелителю - Рейдлидеру. Они повсюду следуют за своим начальником, и теперь Статик вторгся в Дренор!

Статик - бонусный босс рейда “Герои Азерота”. Доступен во всех сложностях, кроме системы поиска рейда. В неделю доступно около 50 попыток для убийства этого босса, после чего на босса вешается дебафф “РО” и он становится неуязвимым для всех атак.


Обзор босса.


Состав статика:
2 защитника, 4-5 лекарей и сбалансированный дпс.
Герои: Друиды, Воины, Жрецы, Маги, Охотники, Паладины, Разбойники, Рыцари смерти, Чернокнижники, Шаманы, Монахи.
Состав, в котором Статик вступает в бой, меняется каждую неделю, однако в течение одной недели этот порядок изменяться не будет.
Когда один из Героев статика совершает ошибку или умирает, накапливается энергия в шкале “Уныние”, после накопления 100 единиц уныния Статик впадает в “Беспомощность” и сдается.


Защита статика.

Каждую неделю активируются случайные два защитника.
Основные способности защитников.
“Я выбираю тебя!” - показывает неприличные жесты, что провоцирует цель, заставляя атаковать защитника.
“Так не честно! - когда у защитника остается 50% здоровья, он поднимает щит или укрепляет свою броню, на короткое время снижая получаемый урон, что позволяет защитнику совершать ошибки и не накапливать “Уныние”.

Лекари статика.

По аналогии с защитниками, каждую неделю активируются 4-5 лекарей, состав лекарей совершенно случаен, может повезти и у вас будет 5 шаманов.

Основные способности лекарей.
“Хилбот” - держа кружку с чаем в одной руке, другой лениво лечат рейд, накручивая хпс.
“Я сделал всё что мог!” - потеряв всю ману, лекарь отбегает попить водички на 15 секунд, в этот момент на статик накладывается отрицательный эффект “ООМ”, что делает босса чрезвычайно уязвимым, энергия уныния накапливается в два раза быстрее.

ДПС статика.
Стоит отметить, что у Статика два вида бойцов: ближнего боя и дальнего. Их способности несколько различаются.

Бойцы ближнего боя. 

Способности:
“Задать жару!” - бойцы бросаются в смертоносную атаку, нанося колоссальный урон, при этом становятся рассеянными, легко попадаются в ловушки и совершают ошибки.
"Лучший друг" - бойцы злятся на питомцев и прислужников других Героев, что снижает наносимый урон бойцов ближнего боя на 30%.

Бойцы дальнего боя.

Способности:
“Задать жару!” - см. “Задать жару!” Бойцы ближнего боя.
“Стрелочник” - перенаправляет одну из опасностей для Статика на себя, любая из способностей “Злодеев” в этот момент обречена на провал. Необходимо переключаться в Героя-стрелочника.

Отдельный герой.

Рейдлидер - уникальный герой Статика, может быть любого класса (по неподтвержденным данным с ПТР чаще всего Рейдлидер появляется среди Друидов). По основным способностям ничем не отличается от базовых героев Статика. Имеет одну уникальную способность.
“Разнос” - активируется между фазами боя. Устраивает разнос Статику снижая “Уныние” на 20 единиц и накладывает на босса “Внимательность”.
ЭТО ВАЖНО! За убийство Рейдлидера полагается бонусная энергия “Уныния” (10 единиц, против обычных 5 за любого другого Героя). Но при этом на труп Рейдлидера накладывается бафф “Ни шагу назад!”, что позволяет ему активировать способность “Разнос” даже будучи мертвым.

Тактика.

Достаточно сложный бой, в котором нам противостоят двадцать Героев Азерота.
У каждого “Злодея” появляется шкала, показывающая уровень уныния Статика, в начале боя мы имеем 0 единиц. Чтобы поднять уныние Статика, следует правильно чередовать свои способности, которые могут могут привести к ошибкам Героев. Если поднять уровень уныния до 100, то босс становится беспомощным и сдается. Так же засчитывается автоматическая победа над боссом, если удалось за одно сражение убить всех Героев. (За такую победу дается достижение [Всегда мечтал это сделать]).
Два раза за бой Рейдлидер будет устраивать разнос Статику, снижая уныние на 20 единиц и накладывая на каждого героя бафф “Внимательность”, который на 10 секунд делает Героев невосприимчивыми к ошибкам.

1-я фаза.
(0 - 50% уныния)
Бой начинают защитники Статика, у всех бойцов активируется “Задать жару” - это самая неприятная особенность первой фазы. Следует как можно быстрее подвести прислужников и питомцев Героев к бойцам ближнего боя, для активации способности “Лучший друг”. Не забываем кайтить танков и бойцов по кругу, что позволит снизить входящий в вас урон. Используем наш арсенал и способности, которые могут привезти к ошибкам босса. Неплохо себя показали активируемые ловушки (шлакобомбы, обжигающие ловушки). Так же не стоит забывать о бойцах дальнего боя и лекарях, стараемся держать эти группы Героев как можно ближе друг к другу, активируем под их ногами ловушки и используем свои способности наносящие АОЕ урон. Обязательно переключаемся в Героя-стрелочника.

1-я переходная фаза.
Когда шкала уныния заполнится на 50% Рейдлидер устроит разнос Статику, шкала уныния опустится на 20 единиц и на Героев будет наложен положительный бафф “Внимательность” на 10 секунд. В этот момент стоит использовать свои сильные защитные способности. После спадения баффа начнется вторая фаза.

2-я фаза.
(30 - 95% уныния)
Практически копия первой фазы, за исключением того, что время от времени у лекарей Статика будет заканчиваться мана и на босса будет наложен отрицательный эффект “ООМ”. Стараемся припасти свои мощные атаки именно на этот период, так же хорошей идеей будет призыв всех возможных прислужников, которые будут добивать отпаивающихся лекарей.

2-я переходная фаза.

После накопления 95% уныния, Рейдлидер устроит последний разнос Статику. Следим за своей выживаемостью и готовимся к третьей фазе.

3-я фаза.
(75 - 100% уныния)
Самая напряженная фаза, к этому моменту нужно постараться вывести из строя всех лекарей, иначе, долго вы не проживете. У всех бойцов Статика активируется способность “Задать жару!”, способность “Лучший друг” в этот момент становится недоступна. Для лучшей выживаемости на этой фазе следует перейти в состояние “Исступление”, использовать все оставшиеся атакующие способности и добить босса как можно скорее.

Не забудьте после победы сделать сэлфи с поверженным Статиком!


А с творчеством Ивинг вы могли встретиться в дневнике Altavista, если же ещё не встречались и тоже любите орков, то вам стоит заглянуть к ней в гости. А пока что - рассказ под номером четыре:

Ивинг

Он знал все о гнилой воде. О глубоких омутах, полных тинной влаги, сквозь которую поблескивают на дне белые кости тех. О гнилой воде и ядовитом воздухе, что поднимается над болотами в предрассветные часы. Он привез это тяжелое, напоенное влагой дыхание с собой в Оргриммар и оно ползло за шаманом второй тенью, невидимо для всех, но ощутимое даже самым тугодумным пеоном. Ползло по сухой и потрескавшейся земле, о которой многое могла рассказать прожившая много лет в Дуротаре Кардрис. 
Харомм поднял голову, прислушиваясь. В крепости Громмаш пусто – Вождь ушел, стража есть только снаружи, кажется, даже крысы разбежались и тишину нарушает только сопение дремлющих поодаль волков. И ее шаги. 
Кардрис ходит по полукруглому залу крепости, останавливаясь у жаровен, раскрывает ладонь и что-то шепчет. Едва тлеющие угли в жаровне раскашлялись черным дымом: они темнеют, гаснут и умирают, крича так громко, что у Харомма звенит ушах. Кардрис сжимает кулак – и жаровни вспыхивают с криком еще более пронзительным. Волки даже ушами не ведут, этот голос слышат только говорящие с духами. Кардрис шепчет: но сейчас она достаточно близко, чтобы орк мог разобрать ее слова в момент, когда стихии умолкают. 
- Вода душит огонь, а ветер его раздувает.
Слова тают в темноте: почему-то, несмотря на огонь жаровен, мрак в крепости густой, смолянистый. Харомм оборачивается через плечо, пытаясь разглядеть ее, но женщина снова скрылась в тенях.
- Ты вода или ветер? – с усмешкой бросает он. 
- Может быть, я огонь. 
Орк молча скалится. Их в крепость никто не приглашал, шаманы сами пришли в опустевший зал, когда разгоряченные предвкушением битвы солдаты на улицах стали вести себя слишком шумно. Харомм выразительно стучит по окованному железом тотему, привлекая внимание орчихи. Им нужно закончить приготовления. Женщина вернулась на середину зала как будто нехотя и села перед орком, поддернув тяжелую кожаную юбку. Ее тяжелая черная коса шуршит по доскам. Харомм молча протянул шаманке ее тотемы, и Кардрис не спеша расставила их полукругом. Им предстоит сражаться плечом к плечу, а, значит нужно научиться управлять стихиями вместе. Они обсуждали это у крепости, несколько недель они говорили, но попробовать почему-то собрались только сейчас, в последнюю ночь. 
- Буря, - начинает Харомм. 
Это даже не заклинание, не часть ритуала – просто поговорка, привычная настолько, что произносишь ее, не задумываясь. 
- Земля, - бормочет орчиха, прикрыв глаза. 
- …и огонь, - он берет Кардрис за руку. 
Они отвечают – куда им деваться! Озлобленные, раздразненные стихии бьются в тотемах, кричат и стонут. Но как же они сильны сейчас своим гневом. Никогда прежде орк не ощущал такой мощи. 
- Нас проклянут, Харомм, - неожиданно говорит шаманка. Пальцы женщины мелко подрагивают в его ладони.
Орк смотрит на нее. Он чует страх, и это не нравится шаману. Чужое замешательство щекочет ноздри, как дым, заставляет морщиться. 
- Землю тоже проклинают, когда она не может дать плодов. Воду, когда она выплескивает из берегов и пожирает сушу. Огонь…
- Ты можешь не продолжать, - перебивает его орчиха.
- Я милосердней лесного пожара и пустынной бури, Кардрис, - оскалившись, Харомм наклоняется к орчихе. - И ты тоже. Но если понадобится – я приведу их в этот город и обрушу на врагов. 
- Нам нужно не только их умение разрушать, - возражает орчиха, и Харомм чувствует, как неприятно сжимается что-то внутри. 
Да, разъяренных духов очень легко заставить убивать. Но есть кое-что еще. Кардрис высвобождает свою руку, снимает с головы волчью шкуру. И орк видит, что страха в песочно-рыжих глазах нет. 
- Духовная связь, - женщина придвигает в центр один из своих тотемов. – Ты доверишь сейчас стихиям свою жизнь? 
Харомм смотрит на окованное дерево, выравнивая невесть почему сбившееся дыхание. Она права. Бояться этого – значит, уже проиграть. Шаман не может идти в бой, сомневаясь в духах и не доверяя им. Орк резко ставит свой тотем рядом с ее, стукая их окованными боками. Хватает Кардрис за плечи, одним движением притягивая к себе. 
- Давай. 

Их будит шум битвы. Но шаманы не спешат наружу, хотя оба они чувствую, что солдаты перед крепостью долго не продержатся. 
- Они будут искать здесь Вождя, - Кардрис седлает своего волка. 
- А найдут нас, - усмехается орк, поправляя топоры на поясе. – Встретим их, как подобает.
Кто-то врывается в зал первым – волк шамана делает молниеносный рывок, и лезвие топора Харомма сочно впивается в плоть. «Один готов». Ждать больше нет смысла: они выезжают к вражеской армии. Орк видит, как горделиво выпрямляется в седле Кардрис, презрительно окидывая взглядом стоящих перед ними воинов. Жалкие повстанцы, им никогда не взять этот город. 
- Мы не просим стихии о помощи, - усмехается орчиха и это звучит сигналом к атаке. 
- Для Истинной Орды нет преград! – шаман спрыгивает с волка, бросаясь навстречу врагам. 
Звери справятся сами – у них острые зубы. Хотя скоро упадут, зарубленные. Некогда думать об этом. Их всего двое: но за любым шаманом стоит его собственная армия. 
- Затхлый, ядовитый ветер, - смеется Кардрис.
Харомма обдает горячим, удушливым воздухом от закрутившегося между ними смерча. Орчиха говорила, подобные бывают в Дуротаре – только не настолько смертоносные и отравленные. Вихрь подхватывает одного из нападающих, и орк успевает заметить, как тот судорожно рвет себе горло, пытаясь вздохнуть, пока ветер не кидает его в стену крепости. 
- Гнилая вода, - шаман прикрывает глаза на мгновение. – Отравленная вода…
Тошнотворно воняющая лужа разливается так быстро, что сам Харомм едва успевает отступить. На дне омутов, бывает, гниет много тел, и заводится всякая прожорливая пакость. Кто-то отчаянно кричит: к выбравшимся из потока слизнюкам лучше не прикасаться. Сразу разъест мясо до костей. 
Стихии могут быть очень жестокими и не стоит злить тех, кто умеет подчинять их своей воле. Земля вздыбливается, выпуская целую шеренгу элементалей. Обжигающе-горячие, с тяжелыми каменными кулаками, они как стеной отгородили нескольких нападавших, загнав их в угол. Кардрис обернулась на них и расплылась в ухмылке. 
- Мертвый, зачахший огонь…
На ладонь Харомма опускается лепесток пепла. 
- Твой череп украсит мою шею, - выплевывает он после очередного удара топором. 
И все-таки, шаманы слабеют. С каждой потерянной каплей крови, с каждым случайно пропущенным ударом. Боль понемногу заволакивает сознание, перед глазами плывет багровый туман. Дыхание начинает срываться – и у нее тоже. Орк рычит, и Кардрис подхватывает этот рык: 
- Кровь Истинной Орды жаждет силы!
И тогда не остается ничего, кроме ярости и непрошеных воспоминаний о полумраке крепости. О чужом исступленном дыхании, руках, впивающихся ногтями в его плеч. О дрожащей золотистой линии между двумя их тотемами, бьющейся как сердце. Духовная связь. 

- Ты слышишь? 
- Да, - выдыхает Кардрис, и орк не знает, ответ это на его вопрос или на сладкую судорогу, что вжимает в него тело орчихи. 
А потом его дыхание останавливается, и орк не может даже захрипеть. В глазах темнеет, и он успевает испугаться: ничего у них не вышло, потому что… Воздух врывается в грудь чужим дыханием, пульс чужого сердца подгоняет его собственное, и Харомм рычит, сжимая в руках тело женщины, прежде, чем обмякнуть. В навалившейся тишине он слышит шумное дыхание – одно, одно на двоих. Орку хочется кричать: громко и торжествующе, так, чтобы услышал весь город, так, чтобы услышали замершие под стенами крепости полки. Чтобы содрогнулись от этого победного рыка стихии, которые подчинились и повиновались их воле. Но он может только шептать, опустив отяжелевшую голову на мокрый от пота живот Кардрис:
- Они ответили. 
Женщина кладет руку ему на затылок, прижимает к себе и молчит. Харомм слышит ее сердце и знает, что пока оно бьется, будет биться и его. И это – жизнь. 
- Я не упаду, пока не упадешь ты, - говорит Кардрис. 
А смерти нет.

Пятый рассказ повествует нам о принце Лордерона, это излюбленная история для тематических пабликов. Что там говорить, нам и самим нравится эта часть лора мира Warcraft.

Сюнси - Спасение принца Лордерона

Мёртвые ветры завывали вокруг Ледяного трона и нарушали гробовую тишину. Король-Лич восседал на троне, пока его слуги отражали атаку на Цитадель.
– А знаешь, почему сейчас у них есть шансы победить тебя? Твоё тело и душа за эти пять лет отдали мне всё, что было возможно. И из-за этого моя власть ослабевает, вурдалаки и скелеты бродят бесцельно по Нордсколу. Как и после атаки Иллидана на Ледяной трон. К слову, без моей помощи ты даже минуты против него не продержался бы. Видишь, ты всегда был слаб и потому ты умрёшь!
С первых дней как Артес занял Ледяной трон, Нер’Зул принялся мучить его душу и теснить сознание. Теперь принцу павшего королевства не принадлежало ни его тело, ни его голос, а его разум мог довольствоваться лишь маленьким уголком в сознании обновлённого Короля-Лича. Душа Артеса была словно раздроблена на осколки и не могла дать ему сил своей волей или тягой к Свету. Зато былой некромант очень эффективно черпал мощь из этих осколков, заставляя их пылать угольками гнева, ненависти или отчаяния, отравляя их ядом чёрной магии и злых слов.
Грохот и хруст костей прокатился под сводами Цитадели Ледяной Короны – пала Синдрагоса. «Наконец-то… свободна…» – донеслись до сознания Короля-Лича слова Ледяной Королевы.
– Ха-ха-ха! – хохот Нер’Зула гудел в голове колокольным звоном, куда громче падения Синдрагосы. – За меня послушники были рады отдать жизнь, а с тех пор, как Королём считают тебя, слуги словно стараются побыстрее умереть, лишь бы освободиться. Как ты жалок…
Артес давно уже ничего не отвечал некроманту, он мог лишь твердить себе «Неправда, неправда, ложь! Это всё ложь! Я не слушаю, не слушаю», пытаясь утешить повредившийся рассудок. Но невозможно не слушать того, кто безраздельно правит в твоей голове. Скорее, слова и желания Артеса совершенно ничего не значили для Нер’Зула.
– Слышишь, маленький принц? Они идут, они уже совсем скоро будут здесь, чтобы убить тебя!
– Нет! – Артес не выдержал. – Я хочу жить! Глупцы, зачем вы хотите меня убить?! Это ничего не изменит! Почему никто не понимает, что необходимо разорвать связь моего тела с некромантом и уничтожить его разум, лишь так можно победить Короля-Лича! Почему?! Джайна, милая Джайна, ты должна понять это и спасти меня! Только ты сможешь спасти меня…
– Джайна? Она ненавидит тебя, она сама прислала к тебе этих убийц, разве ты забыл? – продолжал насмехаться Нер’Зул.
«… Будь проклят, Артес… Будь ты проклят!» - всплыл в памяти крик волшебницы, что недавно разносился над Ямой Сарона и рвал на части остатки души принца.
– А как легко было провести её при помощи тени Утера в Залах Отражений!.. Глупенькая колдунья. И ведь всего пару раз пришлось повторить, что ты должен умереть, чтобы она решилась, наконец, убить своего принца. Всё ещё думаешь, что она тебя любит?
– Не верю!!! – взревел Артес. – Она любила меня, она всегда любила меня!..
– Не смеши меня, Артес. Никто тебя никогда не любил, кроме безмозглой лошади. Праудмур сделала всё, чтобы тебя убили. Да и вообще, никакой любви нет, люди выдумывают её, когда им хорошо живётся и нечем заняться. Ладно, кончай ныть, уже входят в портал…
Двадцать пять воинов во главе с Тирионом Фордрингом прошли через портал и ступили на ледяной пол.
– О, целых три Тёмных Скорби! Это даже забавно. Как же дёшево вы продаёте свои души, «герои», сами не представляете… – Нер’Зул был доволен своей новой ловушкой с проклятым оружием колоссальной мощи. – Приготовься, Артес, – некромант снова принялся за принца, – сейчас твоё тело и даже твоя душа, а также душа твоего отца, словно марионетки, помогут мне разыграть драматичный спектакль!.. А потом ты умрёшь и перестанешь существовать… Кстати, Джайна даже не пришла.

***

Совершенно сломленный, измученный Артес рыдал бы, если б осколки разума в чужом сознании могли рыдать. Нер’Зул довольно поиздевался над ним, и отчаяние души принца даст достаточно магических сил для первого этапа боя.
«Неужели, прибыли, наконец, хвалёные силы Света? Мне бросить Ледяную Скорбь и сдаться на твою милость, Фордринг?»
И началась последняя битва Артеса Менетила. Его тело безвольною куклой следовало велениям Нер’Зула – он атаковал не тех, кто был наиболее опасен, подставлял спину для ударов врагов да и вообще не защищался толком.
– Дай хотя бы погибнуть достойно, умелым воином, а не безмозглым истуканом! – Артес думал, что давно уже смирился с полным контролем над своими движениями, но до сих пор даже в насмешку Нер’Зул никому не позволял так избивать его. – Я же могу справиться с сотней таких, а тут и трёх десятков не собралось! – у принца не осталось уже ничего, кроме его гордыни, и подобное унижение ранило, вызывая лютую ярость. А некромант получал из его ярости мощь для новых заклинаний.
Вызов Мертвящей чумы отдавался пронзающей болью в душе Артеса, как и смерть каждого вурдалака, словно плата за прегрешения. Глупые врайкулы могли бы выкосить толпу врагов, но сильнейшими ударами били по одиноким воинам в прочных тяжёлых латах. Заклинание заражения не спасало – слишком легко лекари с ним справлялись.
– Некромант! Будь ты проклят! – Артес впервые чувствовал такую ярость и такую душевную боль.
– Не переживай, принцесса, настолько лёгкая победа может вызвать подозрения даже в их пустых головах, – усмехнулся Нер’Зул. – Долго так не может продолжаться.
«Я проморожу вас насквозь и вы разлетитесь на ледяные осколки! Конец Света!.. Надежда тает…»
Вихрь взвился вокруг Короля-Лича, ледяной пол ужасно затрещал, гневные духи кинулись на бойцов, вызванные властью Фростморна.
– Позаимствуем сил у рунического меча, ты слишком слаб, – пока кружил вихрь, Нер’Зул снова принялся усердно мучить душу Артеса. – Как думаешь, почему они так просто приняли мысль, что нужно только убить тебя и угроза Плети исчезнет? Никто даже не задумался как-то разорвать нашу связь и спасти тебя… потому что никому не нужны эти сложности из-за какого-то павшего принца забытого королевства. Им плевать на тебя. Убьют, произнесут пару горьких тостов, вспомнят что-то сомнительно хорошее из прошлого (а если вспомнить нечего, то и просто придумают) – и забудут навсегда Артеса Менетила, как давно позабыли отца его. Да и за что им тебя помнить?
– Я… Я спас их. Спас их всех! Я принёс в жертву своё тело и свою душу. Иначе Пылающий Легион уничтожил бы их или обратил в рабство!
– Много на себя берёшь! Ты просто хотел отомстить, а эта месть, по стечению обстоятельств, привела к поражению Пылающего Легиона… которое, между прочим, спланировал твой покорный слуга, – Нер’Зул усмехнулся. – Ты отдал свою душу и своё тело во имя мести, а не спасения невинных!
Некромант вложил гнев Артеса в удар Ледяной Скорби и полы вокруг поля боя обвалились от мощи этого удара.
– Тем не менее, не все знали тебя мстительным и избалованным мальчишкой – кто-то действительно видел в тебе спасителя Азерота от демонов… Но никто не вспомнил этого, когда отдали приказ убить тебя. Потому что на деле ты ничего не значишь для них. И чему ты так удивляешься, ведь даже до всего этого у тебя не было друзей, тебя никто не любил!
– Утер… Джайна…
– Утер? Джайна? Это те двое, которые предали тебя, едва ты подумал принять неоднозначное решение в Стратхольме? Осознали, что раз пришла пора таких радикальных мер – королевство может пасть, правители в панике. И решили не пачкать рук, пока есть возможность удалиться и найти друга с более надёжным в своей блистательности будущим. Они ушли, бросили тебя, потому что не хотели делить с тобой это тяжкое бремя. Какие же они друзья, если оставили всю грязную работу тебе, пусть и понимали необходимость этого?
– Джайна любила меня! Утер был мне как отец!..
– Довольно, любовь колдуньи мы уже обсудили. По-твоему, выдающийся маг, которому по призванию положено быть крайне расчётливым и практичным, способен на то, что ты называешь любовью? Ты совсем глуп? Или моё общество настолько угнетает твой разум? Ничего, недолго осталось. Пойми, для меня тоже мука терпеть твоё слабоумие… Праудмур ты интересовал только как наследник престола, который мог стать королём, а её сделать королевой.
Нер’Зул растаптывал чувства и светлые воспоминания Артеса, и это осквернение чёрной массой заливало ледяной пол, проникая в душу каждого коснувшегося нечистой магии, взывая к его печалям и горестям, усиливалось и расползалось, напоенное чужой болью.
– А Утер, что так же очевидно, хотел обеспечить себе достойную старость, будучи в милости у молодого монарха. Ты бы пожаловал ему замок на тёплом морском берегу, крестьян и, возможно, даже освободил от некоторых паладинских обетов, позволив жениться на молодой миловидной аристократке с хорошим приданым…
– Чушь!
– Ну, и командовать будущим королём, словно безродным щенком, тоже довольно приятно… Чушь, говоришь? Возможно, ты прав – ждать формального освобождения от обетов глупо. А может, он их уже и нарушил тайком? Как-то особенно ласков он с твоей ненаглядной Праудмур… Зовёт её не иначе как дочкой на людях – может, пытается глаза отвести, а?
Нетрудно возбудить слепую ревность в душе, уже терзаемой гневом, отчаянием, яростью… Зло получает новые силы.
«Валь’кира, твой господин зовёт!»
– Отец… Помоги мне…
– И отец тебя не любил никогда. Он тебя не ценил даже как продолжателя рода и наследника престола. Иначе бы сразу снарядил экспедицию в Нордскол на поиски, когда ты решил погулять там один в снегах с Ледяной Скорбью.
– Фалрик… Марвин… Пошли со мной до конца… – даже призрак надежды таял для Артеса.
– Хотели повышения по службе. Безмозглые вояки, вовремя не осознали, что дело твоё худо, не успели сбежать, как Утер с Джайной…
– Мурадин…
– Подумать только, бескорыстными твоими друзьями можно было бы назвать только дворфа и коня. И в чистоте намерений дворфа я очень сомневаюсь. Ты и сам сомневался, признайся – иначе почему из всех своих старых мёртвых знакомых ты решил вернуть только лошадь? Чувствовал, что более тебя никто не любил? – не унимался Нер’Зул.
– Дай мне волю и я уничтожу тебя! – отчаяние переходило в ненависть, в бешенство.
– Не дам, – спокойно отрезал некромант. – Пришла пора вводить в наш спектакль твоего покойного родителя, отцеубийца…
«Ледяная Скорбь жаждет крови!»
– Что примечательно, претендентов в настоящие друзья ты сам же и загубил из-за своей неосмотрительности и самоуверенности, – теперь орк решил надавить на чувство вины. – Я уж не говорю о Джайне, которую ты ещё до войны бросил, «чтобы ваши отношения не мешали обучению»…
– Я тебя не слушаю, не слушаю… Тебя нет… Это всё кошмарный сон… Просто сон…
– Видишь, принц, тебе и самому было плевать на окружающих, так чего же переживать, что ты никому не нужен и в тебе видели лишь возможность украсть немного власти над Лордероном? И как бы они посмеялись, если б услышали сейчас твои жалобные стоны, – сам Нер’Зул искренне злорадствовал. – Натворил зла и глупостей, теперь расплачиваешься. Отца зарубил, прах его осквернил…
– Ты заставил! Всё ты заставил! – душа Артеса отказывалась смириться, он ухватился за возможность доказать свою невиновность хоть в чём-то.
– Тут ты прав, да не совсем, – Нер’Зул ухмыльнулся. – Я всего лишь подтолкнул, подкинул тебе идею, что можно бы стать королём, не дожидаясь, пока отец умрёт от старости. Но ведь ко мне-то ты сам пришёл, по своей воле. И меч взял по своей воле. В любой момент мог выбросить его, к руке твоей не прикована была Ледяная Скорбь! 
Нер’Зул не ведал жалости, словами терзая душу Артеса, словно разделывал в целях эксперимента волшебное животное, пуская внутренности на зелья и внимательно наблюдая за реакциями на всякое ранение. Для спектакля – и просто ради извращённого наслаждения – были необходимы душевные муки принца, поэтому орк всеми возможными способами заставит Артеса страдать и ни перед чем не остановится.
– Не стоит всю вину сваливать на меня. Многое ты творил по своей воле и получал немало удовольствия…
– Врёшь!
– Если совсем по чести, то полный контроль над твоим телом и душой я получил только после слияния на Ледяном троне. Всё, что было до этого – твои собственные тёмные дела. А что ты сотворил с Сильваной? Неужели, и это я тебя заставил? И ты тогда упивался её страданиями. Признаю, удачная была идея, но не моя. Достойно поэмы… «Нечестивая мечта светлого паладина» – как тебе название?.. По-моему, не очень хорошо звучит…
– Зачем всё это?.. Этот спектакль, эти муки… – почти безучастно поинтересовался принц, который уже не мог воспринимать слова некроманта, душа его была словно опустошена, держась из последних сил.
– Очень просто, Артес. Новая душа и новое тело. Вот что мне нужно, дабы продолжить своё великое дело. Твои силы уже истощились, а работы много. Основные наши труды проходили, пока ты сидел в глыбе льда и душа твоя щедро дарила мне силы. Но душа ослабла, пришла пора выпустить тебя погулять напоследок, добыть новых душ для Фростморна, привести замену. Болвар Фордрагон – отличный кандидат, яростный и опытный воин. И, чего уж таить, поумнее тебя. А после подготовки пытками, ещё и с вкладом Отрёкшихся – идеальный носитель для моего сознания…
– Паразит! – Артес был вне себя от гнева и ненависти, он совсем обезумел, забыв о своём положении. – Никчёмный, мерзкий паразит! Ты ничего не можешь сам и только присасываешься к чужим телам и душам!
– Это временное неудобство, которого не удалось избежать, – Нер’Зул был явно недоволен, что его беззащитная жертва вдруг огрызнулась. – Но очень скоро всё изменится, а никчёмными червями для меня станут твои любимые и знакомые, как и все прочие смертные. Пора бы нам заканчивать.
Ветер рычал вокруг Короля-Лича, на героев бросались зловещие духи, осквернение тянулось липкой жижей к их душам, а тяжёлые латы провокаторов трещали от ударов Фростморна. Лёд, смерть и хаос.
– Для убедительности всех убьём сейчас. Но не до конца. – Нер’Зул явно был доволен всем ходом своего замысла, он совершенно не волновался и даже не был напряжён, всё получалось легко и непринуждённо. – А теперь нелепо подставим Ледяную Скорбь под Испепелитель, встав спиной к Тириону, как бы случайно не полностью замороженному… Ну же, старик, ты же паладин, обратись к Свету, сломай ледышку!.. Вот, молодец!
Клинок Фростморна раскололся, ослепительной вспышкой сверкнула вырывающаяся магия.
«Невозможно…»
– Это не души, паладин, это уже высосанные оболочки. Всю силу Ледяной Скорби мы давно уже истратили. Тирион Фордринг, как легко ты купился на этот спектакль… Неужели, твой разум окончательно выжжен Светом? Даже мысли не возникло, что если убивать Короля-Лича именно у Ледяного Трона, то сознание моё не пострадает ни капли и даже сил не убавится?.. – казалось, Нер’Зул уже устал от глупости смертных, особенно паладинов. – А теперь послушный призрак Теренаса воскресит не до конца убитых ранее… И сейчас ничто не настораживает, Тирион? Как знаешь. А мы пока беспомощно полетаем в «вихре погубленных душ»...
Воодушевлённые нежданным спасением, герои с новыми силами принялись атаковать беззащитную куклу в доспехах. Артес давно не мог управлять своим телом, но боль от ран принадлежала только ему…
– За что?.. Почему я? – только и мог думать Артес, когда волна боли ослабла и позволила ему хоть что-то подумать.
– Пойми, я выбрал тебя не за королевскую кровь, не за надежды на блистательное будущее. И уж, конечно, не за какие-то выдающиеся способности. Способностей у тебя особых нет, потому и будущее всегда было под вопросом. Возможность наследовать престол сыграла свою роль, безусловно, но не решающую. Всё очень просто – ты был наиболее лёгкой добычей из сколько-нибудь значимых персон. Теперь же с твоей помощью я получил крупную рыбу – Болвара. И уж его сил хватит не на 5 лет. Уж с ним-то я исполню свои планы. С ним я смогу добраться до самого Саргераса, я заберу власть у титанов!.. – Нер’Зул говорил словно о великой тайне своей – с упоением и переходя на шёпот, пусть никто в голове Короля-Лича и не мог их услышать. – А ты, Артес – ничтожество, проходной этап.
Но Артес промолчал – казалось, у него не осталось сил на гнев.
– Жаль Фростморн, конечно, но это было необходимо, – после небольшой паузы продолжал некромант. – Впрочем, я уже подготовился к созданию нового артефакта, который поработит душу владельца и вернётся ко мне вместе с ней. Что же это будет? Что как бы случайно попадёт в руки «великих героев»? Аркус? Горенцельг? А может быть, медальон Джайны?..
– Не смей!.. – принцу хватило сил на последний слабый порыв.
– … который вернётся к ней и затмит её разум, – издеваясь, орк растягивал слова. – Или отправим подарочек твоему другу Мурадину с каким-нибудь паладином?..
Теперь не было сил на гнев, оставалась лишь слабая тень надежды на облегчение мук.
Король-Лич потерял свой шлем и упал. Лицом достаточно молодой ещё принц более походил на измождённого старика. Перед Тирионом и героями появился призрак Теренаса Менетила.
– Продолжаем наш спектакль. Трагическая развязка.
« – Отец… Всё позади?
– Теперь – да. Короли не правят вечно, сын мой.
– Мой взор… застилает… тьма…
– Теперь, когда Плеть лишилась своего короля, она станет ещё опаснее. Ей нужен правитель… Всегда должен быть Король-Лич.»
Перед взором же самого Артеса призрак отца говорил ему совсем иное – то, что заставил его говорить Нер’Зул:
– Как я рад, что ТЫ НИКОГДА НЕ СТАНЕШЬ КОРОЛЁМ! Куда лучше было отдать Лордерон на разорение нежити, чем передать власть над людьми в руки такого никчёмного человечишки, как ты, Артес! Я рад, что ты не сможешь своим правление покрыть мой род вечным позором!
– Это тебе за паразита, паршивец, – злобно усмехнулся Нер’Зул.
Артес мог бы осознать, что это всё морок, но сил для осознания уже не было, поэтому слова отца несли нестерпимую боль душе принца. Надежда исчезла. Последний уголёк угас и тьма отчаяния залила всё…
– Король умер… Прощай, Артес Менетил. Прощай навсегда.

А этот рассказчик пожелал опубликовать своё творение вне конкурса, но мы всё же написали рецензию и ему :D

Фиэннес


- Лорд Иллидан!
- Убирайся.
- Там пришли...
- Я знаю, кто там пришел. Убирайся.

Демон-вестовой уходит вниз по лестнице. Я смотрю ему вслед. Удастся ли мне спуститься по этой лестнице еще раз? 

В начале пребывания в Запределье я был полон планов и надежд. Со мной были верная Вайш и новый союзник - принц Кель'тас. С Магтеридоном удалось справиться без особого труда, Сломленные-пеплоусты сами пришли и попросили защиты, Каргат и его орки стройными рядами пошли на службу ради доступа к демонической крови. Чуть попозже удалось заключить взаимовыгодные договоры с лидерами эфириалов - у них были свои противостояния, и каждый стремился привлечь быстро набирающего влияние правителя на свою сторону. У меня все получалось, Запределье само ложилось под ноги, и казалось несложным, объединив разрозненные местные народы под своей рукой, создать из этого осколка мира государство-крепость, которое станет нерушимым бастионом между Азеротом и Круговертью Пустоты. Или надежно охраняемыми воротами - как я сочту нужным.

Когда я сказал Малфуриону, что политическая сила меня не интересует, я не лгал. Для себя лично я хотел только неограниченной возможности заниматься магией. Просто в какой-то момент я понял: для того, чтобы жить так, как хочется, мне все-таки придется выгрызть себе какую-то территорию, на которой правила буду устанавливать я сам. Потому что в заданные другими правила я никак не вписывался, хоть и честно пытался. Запределье - обломок мира, раздробленная территория, на которой кишели демоны, а орки устраивали геноцид мутировавшим дренеям - казалось мне как раз тем местом, где я смогу установить свои законы и жить так, как хочу, не ущемляя ничьих интересов. Кроме демонов, конечно - но вот уж их от портала в Азерот следовало убрать раз и навсегда, и кому еще этим заниматься, как не первому и могущественнейшему охотнику на демонов?

Но Кил'джеден нашел меня и здесь. Вроде бы я тщательно закрыл все порталы, через которые в Запределье лез Пылающий Легион, но заместителю Саргераса не понадобился портал, чтобы послать в мир свою проекцию. Мне совершенно не хотелось снова влезать в войну с Плетью - Малфурион не дал мне уничтожить Ледяную Корону, так пусть теперь сам разбирается, как хочет - но, чтобы отвязаться от Кил'джедена, я все-таки отправился в Нордскол. Для меня это закончилось разрубленной грудью, но я выжил на одном упрямстве - и неожиданно получил массу удовольствия, когда очнулся и узнал, что Кель'тас и Вайш вытащили меня, чуть живого, с поля боя и сумели доставить обратно в Запределье. Тогда весь Черный Храм ходил на цыпочках, чтобы случайно не потревожить господина, и буквально все готовы были на голову встать, чтобы как-то меня порадовать. Вайш кормила меня с ложечки, Кель тащил всякие волшебные сокровища и рассказывал, что все иллидари с нетерпением ждут сводок о состоянии здоровья господина, и все это было запредельно приятно. В том числе и как-то само собой возникшее слово "иллидари", которым те, кто так себя называл, гордились. Тогда я и придумал давать своим последователям знаки, по которым иллидари могли отличить своих - я выздоравливал, заняться было нечем, так что я с удовольствием пустил в ход личную печать. Мне безумно нравилось, как светились радостью и гордостью лица тех, кто получал инсигнии из моих рук. Похоже, из меня получался неплохой правитель.

Когда же и что пошло не так?

Нельзя сказать, что я пытался устанавливать свою власть в Запределье, не учитывая интересов местных жителей. Я постарался узнать об этом мире как можно больше. В основном меня просвещал Акама, дополнительную информацию предоставили Каргат и неожиданный союзник - эредар Балтаз. Ох, как я смеялся, когда узнал, что пресветлые дренеи и чуть ли не самая грозная разновидность демонов - один и тот же народ! Что пророк Велен, первейший из жрецов Света, когда-то называл Кил'джедена и Архимонда своими братьями! И эти дренеи запрещают мне ковырять в носу... в смысле, им не нравится, что я частично демон? Да на себя посмотрите сначала!

Так или иначе, я составил себе довольно четкую этнографически-политическую картину Запределья. Основным населением Дренора были орки, дренеи и огры. После мировой катастрофы большая часть орков хлынула в Азерот и там и осела, на обломках мира остались только несколько кланов краснокожих скверноорков, а также награндский клан "чистых" - маг'харов, вообразивших себя орочьей аристократией. Вообще у местных народов наблюдался сильный внутренний раскол, порожденный массовым влиянием скверны - сумевшие остаться чистыми свысока смотрели на измененных, а те, конечно, отнюдь не платили чистоплюям горячей любовью. Не говоря уже о противостоянии орков и дренеев в целом.

Это стоило использовать, и я начал с того, что попытался приставить к делу дренеев-мутантов. Они сами пришли, сами попросили защиты от методически вырезавших их орков - и что, вообразили, что за защиту ничем не придется платить? Молодому государству требовалась мощная оборона и большие средства, для всего этого нужны были ресурсы, а для добычи ресурсов требовались рабочие руки. С другой стороны, как я объяснил Акаме, когда с их работы пойдет прибыль, Сломленным больше не придется влачить жалкое существование отверженных, они станут самым обеспеченным и влиятельным народом на континенте. Вот только, похоже, мутанты предпочитали жалкое существование и даже смерть, лишь бы не ходить каждый день на работу. Их пришлось несколько... простимулировать, а это вызвало среди Сломленных тайное сопротивление. Не отсюда ли начались мои политические неудачи?

Вещью в себе оставался Шаттрат. Каким-то странным образом в разрушенном мире продолжал существовать богатый торговый город - без сельского хозяйства, без контактов с другими крупными городами, без какого-либо внешнего политического влияния. Акама рассказал мне о ша'тар - правительстве Шаттрата, состоявшем из великих наару, существ Света. Я сразу же озадаченно спросил бывшего жреца, почему же, если эти наару столь сильны и благи, они не навели на планете порядок - не остановили Гул'дана, не предотвратили мировую катастрофу, не закрыли порталы, не выдворили демонов обратно в Круговерть Пустоты? Почему они вообще не пытаются распространить свое влияние за городские стены? И за счет чего, при таком раскладе, вообще существует Шаттрат? Акама что-то промямлил насчет того, что во время мирового взрыва наару здесь не было, но потом они опять вернулись, к великой радости всех, кто следует пути Света, и теперь оказывают им всяческую помощь. Я иронически спросил, почему же великие наару не защитили народ Акамы от орочьего геноцида - и с удивлением увидел, как на искаженном лице Сломленного промелькнула нешуточная ненависть. Но бывший жрец быстро овладел собой и объяснил, что искаженные скверной лишены покровительства Света, поэтому наару не сочли возможным помочь мутантам. Тем не менее Свет - величайшая и самая благая сила во Вселенной, только нужно снова найти путь к нему.

От такой смеси неискренности с фанатизмом я поморщился и сказал, что не буду мешать пеплоустам и их сородичам искать Свет, но пока все-таки придется заняться более полезным делом - оставшиеся в Запределье демоны Легиона не дремлют, а чтобы с ними сражаться, нужна армия, а армии нужно снабжение, а для снабжения нужны ресурсы, и далее по тексту. Акама с готовностью кивнул, а я пришел к выводу, что ша'тар - это темные лошадки. Несомненно, каким-то могуществом они обладают, но, по-видимому, территории за пределами Шаттрата контролировать то ли не могут, то ли не хотят, и в любом случае нормальная колонизация Запределья интересов наару не затронет. Со временем, конечно, с ними нужно будет попробовать установить сотрудничество, но сначала стоит самому набрать сил, чтобы разговаривать не с позиции "сами мы не местные", а как минимум в положении равного. Тогда это представлялось нетрудным.

Я ни на минуту не забывал, что демоны - мой главный противник, а зачистка Запределья от них - основное условие моего успеха как правителя. Еще в Азероте, после трансформации, меня нашли несколько эльфов и попросили научить их сражаться с демонами. Я разработал методику, основываясь на собственном опыте, и начал обучение, поставив ученикам цель: способность в одиночку справиться с натрезимом. Как и я, мои ученики принимали в себя скверну - не так много, чтобы в основном облике у них выросли рога и копыта, но демонический облик они получали. Они использовали разработанный мною стиль боя, основанный на ловкости, скорости и подвижности, потому что демоническим клинкам зачастую не могли противостоять никакие латы, от них приходилось уворачиваться. Многие из них в подражание мне выжигали себе глаза, чтобы обрести способность видеть то, что недоступно обычному зрению. Все это было очень большой жертвой, потому что, становясь охотником на демонов, ночной эльф знал, что пути назад нет: в дарнасском обществе его больше никогда не примут. Тем не менее группа добровольцев нашлась и последовала за мной в Запределье. Правда, большинство из них пришли с кривой дорожки, но были и воины, и даже пара друидов, не сработавшихся с Малфурионом. В процессе обучения будущие охотники на демонов сильно изменялись, раскрываясь с самой неожиданной стороны, и в каждого из них я буквально душу вложил (хоть кое-кто и сомневался, что она у меня есть). Тем, кто успешно завершил обучение, я поручал особые диверсионные миссии в лагеря Легиона, множество которых было рассеяно по всему материку.

И однажды, вскоре после моего выздоровления, мои ученики Терос и Нетариэль привели ко мне неожиданного пленника - эредара. Я спросил, что это значит, и зачем они приволокли офицера Легиона в Черный Храм. И в ответ услышал нечто неожиданное. Оказывается, далеко не все демоны довольны правлением Кил'джедена. Некоторые из них считают, что их положение в Легионе не соответствует их возможностям. Некоторые впали в немилость Обманщика, а поиздеваться над неугодными он обожает. Некоторые просто считают Кил'джедена объевшимся власти выскочкой, выехавшем на том, что после гибели Архимонда с ним некому соперничать. Низшим демонам, вроде сатиров, не нравится, что с ними обращаются, как с рабочим скотом. А кое-кому просто хочется заниматься не тем, что приходится делать в Легионе. Но куда еще им деваться? Никто не доверяет демонам, никто не возьмет их на службу и не пустит жить в свои земли. И вот теперь, наконец, появился правитель-демон, не относившийся к Легиону. Немногие недовольные воспряли духом и стали думать, как бы хотя бы попробовать попроситься на службу ко мне - чем натрезим не шутит, когда наару спят? Поэтому, когда Балтаз засек в лагере эльфов-диверсантов, он помог им выполнить поручение и добровольно сдался - с условием, что его доставят к новому правителю Запределья.

Я выслушал все это в полном ошеломлении. Раньше я никогда не задумывался, кто такие демоны и чего они хотят - они представлялись мне чем-то единым, этаким соборным проявлением воли Саргераса, не желавшим ничего, кроме разрушения и осквернения. Оказывается, они такие же, как все - разумные существа со свободной волей, и среди них есть те, кто желает странного? Конечно, это могло быть не слишком тонкой ответной диверсией, попыткой проникнуть ко мне в тыл, с эредара станется. Поэтому я предупредил перебежчика, что, прежде чем тот получит хоть небольшую толику доверия, ему придется доказать, что он ее заслуживает. Балтаз ответил, что понимает мою точку зрения и сделает все возможное, чтобы я поверил его словам. И, надо признать, эредар этого добился, и весьма быстро. А потом начал приводить своих собратьев - по одному, по двое, а те приводили других, еще и еще. Так у меня на службе оказались демоны. Я почувствовал себя круче Черной Горы - я стал первым правителем в истории, сумевшим увести демонов из Пылающего Легиона! Выходит, принадлежность к демонам сама по себе еще не означает врага всего сущего, гм, мог бы и раньше догадаться, рогато-крылатый.

Охотников на демонов сначала было немного, но однажды Кель'тас предложил мне поставить рискованный эксперимент - взять в обучение группу его подданных. Эльфы крови очень отличались от ночных, и я предупредил принца, что путь к достижению результата придется нащупывать буквально вслепую - все-таки перестройка организма происходила существенная, а я понятия не имел, как эти дневные эльфы внутри себя устроены. Я сказал, что наверняка будут смерти, и нельзя заранее определить, сколько. Кель и его добровольцы на это согласились.

Смертей было всего три, и этих ребят, погибших ради возможности учиться у меня, мне было жаль. Уже четвертому удалось сохранить жизнь, но, увы, не разум. Я надеялся, что Леотерас поправится, но охотник на демонов, не контролирующий себя - слишком опасное существо, чтобы предоставить его самому себе. Поэтому я попросил Вайш забрать парня к себе и позаботиться о нем. А вот у пятого, Варедиса, все получилось. И еще как получилось. Он быстро освоил все премудрости неблагодарной работы охотника на демонов и стал первым среди эльфов крови инструктором-наставником. Эльфы крови были начисто лишены предубеждений, свойственных ночным, поэтому желающие учиться буквально хлынули потоком. Вместо небольшой группки, находившейся у меня в личном обучении, в Черном Храме возникло специализированное военное училище, в котором преподавали лучшие охотники на демонов - Терас, Нетариэль, Варедис и впоследствии присоединившаяся к ним Аландиен.

Словом, какое-то время у меня все шло как нельзя лучше. И я уже позволил себе думать, что после тонны ошибок, глупостей и просаженных саблезубу под хвост тысячелетий нашел свое место в жизни. Пусть это жалкий обломок мира, населенный жалкими обломками рас - я сделаю из него мощную крепость, в которую без моего ведома не проберется ни один демон. Пусть от меня отказался мой народ, пусть от меня отрекся брат, пусть родной мир буквально вытолкал меня из себя - я стану вечным стражем и хранителем границы между всем тем, что я оставил в Азероте, и царством Пылающего Легиона. И когда-нибудь Тиранда скажет обо мне доброе слово. Наверняка же скажет - разве может быть по-другому?

И вдруг, как гром среди ясного неба - измена Кель'таса.

Как он был мне дорог - не рассказать. Сначала, в Даларане, именно Кель'тас разоблачил лгунью Мэйв, сказав, что на самом деле никакая нежить Тиранду не растерзала - по крайней мере, пока. Только благодаря ему я успел спасти жрицу. Правда, благодарила она все равно Малфуриона... но я даже как-то и привык. А потом в Запределье, придя в себя после неуклюжего, но мощного колдовства Мэйв, лишившего меня сознания (а то скверностража с два она бы удержала меня в клетке), я снова увидел этого же юношу и узнал, что теперь вмешательство эльфийского принца спасло меня самого. Кель попросил помощи - впервые в жизни меня попросили о помощи! Увы, излечить подданных Келя от магической зависимости я не мог - врачу, исцелися сам - но альтернативу предложил, хоть и временную, но немедленную. Может, от скверны эльфы крови изменились не в лучшую сторону, но, по крайней мере, не вымерли от магической абстиненции. Со временем я действительно собирался создать в Запределье новый источник чистой магии - у меня еще были три бутылки с водой из Источника Вечности. Просто после хиджальской истории я решил обращаться с этими сосудами несколько более осмотрительно и не применять их, пока не буду уверен, что соответствующее озеро и окрестные земли находятся под моей полной властью.

Так или иначе, я подружился с Кель'тасом. Моя душа отогрелась в этой дружбе, в тепле Кель'тасова огня. Нет, не иносказание - огонь был сущностью Келя, и мне не раз казалось, что это не эльф, а огненный элементаль в эльфийском облике. Кель'тас умел беспощадно жечь врагов этим огнем, но для близких и друзей он был теплом и светом. Я, сам огненный, потянулся к этому теплу. А после того, как Кель вместе с Вайш спас меня во второй раз, вытащив меня из-под Ледяной Короны, я понял, что принц син'дорай, пожалуй, близок к тому, чтобы занять в моей душе место Малфуриона.

И забыл, что Кил'джеден бьет со всей силы и всегда попадает в цель.

Конечно, я не думал, что Обманщик махнул на меня рукой. Собственно, ложь насчет "я тут армию собираю" с самого начала была чересчур наивной - Кил'джеден прекрасно понимал, зачем я закрыл порталы, и у него наверняка была возможность узнать, чем я занимаюсь на самом деле. Я был уверен, что вся эта история с натравливанием меня на Ледяную Корону была просто попыткой Обманщика убрать одного из могущественных и неудобных существ с помощью другого. Причем, вероятно, все равно, кто кого - кто бы из нас ни был побежден, Кил'джеден оставался в выигрыше. Но партия закончилась ничьей, Нер'зул воссоединился с Артасом, а я выжил, так что Обманщик со всего этого получил шиш с маслом. Больше того - теперь я был для Кил'джедена самым опасным врагом, потому что я не только любил сражаться с демонами, но и знал, как. Не то чтобы меня слушали в Азероте, там я был пусть могущественным, но одиночкой, а здесь... Похоже, Кил'джеден действительно испугался. И решил действовать своим излюбленным способом - убрать одного врага руками других. С точки зрения Обманщика, Кель'тас был моим слабым местом, а значит, идеальной точкой для удара.

Какие сладкие слова Кил'джеден напел Кель'тасу в уши, я так и не узнал. Мне просто не приходило в голову ждать удара с этой стороны, ведь больше всего на свете Кель ненавидел Плеть, которая была личным проектом Кил'джедена. Так что я был абсолютно уверен, что для Обманщика принц неуязвим. И вот, получите и распишитесь - логика и связь вещей начисто вылетели у Кель'таса из головы, он счел меня ни на что не годным и вообразил, что Кил'джеден приведет его народ к новой славе. Кель, куда ушли твои мозги? Впрочем, похоже, какая-то доля мозгов у принца осталась - он не прибежал ко мне громогласно объявлять о смене хозяев, а просто тихой сапой подготовил захват Крепости Бурь, а потом отправил небольшое войско в атаку на Шаттрат, обставив дело так, что все сочли эту идиотскую атаку моей инициативой.

Ничего не скажешь - это был гениальный ход. Похоже, ша'тар действительно боялись, что я, набрав силу, попытаюсь захватить город, и у меня, скорее всего, получится. Но пока я не предпринимал ровно никаких действий против Шаттрата, у наару и их главы А'дала просто не было повода даже что-то сказать против меня - я был врагом Легиона и добивался успеха там, где у ша'тар, видимо, даже не хватило смелости попытаться. А теперь А'дал как с цепи сорвался. Плевать, что в атаке на Шаттрат не принимали участие ни орки, ни демоны, ни наги, ни я сам. Плевать, что наару раздавили бы эту группку интеллигентов одним плевком. Плевать, что группка интеллигентов - по странному стечению обстоятельств туда попали наиболее независимо мыслящие эльфы, самые эффективные сподвижники Келя-до-предательства, но крайне неудобные для Келя-смотрящего-в-рот-Кил'джедену - даже не попыталась сразиться ни с одним миротворцем. Плевать, что их предводитель Ворен'таль упал перед А'далом на колени и сказал "бери меня с потрохами". Там, где действует Кил'джеден, логика идет гулять. Может, А'дал и был никудышным стратегом и паршивым военачальником, но политиком он был прекрасным, то есть его светозарный язык обладал исключительной длиной и гибкостью. Глава ша'тар начал натравливать Запределье на меня - то есть делать именно то, чего и добивался Кил'джеден. Интересно, если бы до А'дала, Ишаны, Ворен'таля и других пресветлых шаттратцев удалось донести, что они, по сути, работают на Легион, какие бы физиономии у них были?

И все мои прекрасные начинания начали рушиться, как карточный домик. Я оказался в положении войны на два фронта - с Легионом и с Шаттратом. Я потерял Келя - друга, полководца и мага. Ко всему этому добавилось то, что Мэйв, которую я поручил охранять Акаме, ухитрилась пропилить мутанту мозги, и у того в голове все перевернулось: наару, отказавшиеся защищать Сломленных от орочьего геноцида, оказались благодетелями и спасителями, а я, который этот геноцид прекратил - тираном и деспотом. Конечно, ведь работать на добыче полезных ископаемых куда менее приятно, чем с радостными воплями убивать орков или тихо страдать по потерянному Свету. Так что и недовольство мутантов пошло на руку Обманщику. Очередным кошмаром оказалась измена Альтруиса - вот тут я вообще не понял, что произошло, и с какой радости один из моих лучших учеников вдруг развернулся на 180 градусов и начал всем рассказывать, что "желание власти затемнило разум Иллидана". Не от него ли пошло мнение, что правитель Запределья сошел с ума? Каковую идею тут же радостно подхватил весь континент. Хотя оснований для нее было еще меньше, чем для поверья о том, что атака на Шаттрат была проведена по моему приказу.

Почувствуй, Иллидан Ярость Бури, силу Кил'джедена.

Нет, от меня отвернулись не все. Вайш по-прежнему руководила работами в Зангартопи. Орки скверны все еще несли стражу в Цитадели Адского Пламени и в Крепости Драконьей Пасти. Демоны-иллидари никуда не девались - в любом случае им некуда было идти. И немалая часть запредельских эльфов крови отказалась следовать за Кель'тасом или за Провидцами, оставшись в Черном Храме. Но всего этого было недостаточно, чтобы удержать доминирующее положение на материке. А потом удары А'дала - точнее, удары Кил'джедена, нанесенные силами А'дала - посыпались один за другим. Альтруис ухитрился натравить каких-то авантюристов на училище охотников на демонов, и я в один день лишился всех четырех инструкторов. То, что это был Альтруис, я узнал от одного из учеников, смертельно раненого нападавшими и в последний момент спасенного Маландой. Парень сообщил, что Нетариэль пытался выяснить, какого беса здесь надо посторонним, и получил в ответ "Нас прислал Альтруис Страдалец!" Ощущения у меня в тот момент были неописуемые. Потом мои охотники-диверсанты начали бесследно пропадать один за другим, и я сильно подозревал, что виноваты в этом отнюдь не демоны - с ними мои ребята умели справляться. Неожиданно встала на дыбы Кенарийская Экспедиция, заявив, что осушение Зангартопи - какое-то великое преступление против природы, несмотря на то, что это болото существовало всего несколько десятков лет: до катастрофы Дренора оно было морским дном. Может, я и наплевал бы на чересчур нервных последователей брата, но ведь и они по мере сил принимали участие в разворачивающейся негласной войне.

А потом я узнал, что агенты А'дала убили Вайш и Келя. Смерть предводительницы наг меня подкосила. Добрая, милая Вайш, которая так искусно ухаживала за мной после ранения, помогала мне решать сложные задачи, была верна мне до последнего... Да кому же она помешала, и в чем она виновата? Только в том, что спасала всех, кого могла? Ах, кому-то понадобилась бутылка, которую я ей подарил? Чтобы попасть в прошлое и в дежурный раз убить Архимонда? Что за бред?.. И Кель... При воспоминании об эльфийском принце я чувствовал обиду и досаду, но, узнав, что Кель убит, я заперся у себя в покоях и несколько часов метался и рычал, натыкаясь на стены. Что ж, Кил'джеден добился своего - 
устав от постоянного напряжения, я впал в глубокую депрессию, почти перестал контролировать свои владения и целые дни провожу на верхней площадке Черного Храма, уставившись на пустой череп Гул'дана. И, наверно, стану легкой добычей для натравленных А'далом наемников из Азерота.

Впрочем, не такой уж легкой - несмотря на вызванный депрессией упадок сил, я бы справился и сам, если бы Акама не выпустил Мэйв. Даже ненависть тюремщицы сыграла на руку Кил'джедену...

Феронас, Лорам, Менкалинан,(*) вы остаетесь одни. Терос, Нетариэль, Варедис, Аландиен, Теларий, я иду к вам.


(*) В прощальной фразе Иллидан перечисляет имена своих учеников-охотников на демонов. Все, кроме Менкалинана, взяты из канона WoW. Менкалинан - мой персонаж-иллидари.


Далее наш досуг скрасит история Чийвы, у которой, помнится, тоже есть блог:

Чийва - Каргат Острорук

- Это наглость – разыгрывать такое представление перед орками, - сквозь зубы процедил Каргат, поднимаясь на трибуны по деревянным ступеням. – Император дразнит тебя, Адский Крик.
- Я тоже хорошо знаю огров, Каргат, - фыркнул Громмаш. – Это просто развлечение, а не вызов. Если тебе такое зрелище в тягость – что ж, не смотри.
Острорук упрямо мотнул головой – длинные патлы упали на его хмурое, выбеленное долгой жизнью во мраке лицо. Ему было что возразить Вождю. Что день за днем сходиться с ограми в открытом бою – да даже в плену у них побывать – совсем не то же самое, что драться на их арене. Каргат прекрасно знал огров. Он сразу прочитал взгляд императора на очередном военном совете – так же смотрел тот расфуфыренный олух в ложе, пока Острорук не отрезал ему башку и не поднял над ареной на всеобщее обозрение. Убитый Каргатом огр был крупным чиновником в империи, начальником над множеством рудников, где трудились орки-рабы. Рабы – вот как огры, даже самые нищие и жалкие, видели орков. Много лет назад Громмаш и Каргат бросили империи вызов, и сегодня Мар’Гок устроил пышное празднество с гладиаторскими боями, чтобы напомнить «союзникам», где их место. Не нужно было смыслить в дипломатии или интригах, чтобы понимать такие намеки. И только клан Песни Войны был настолько избалован иллюзией свободы, что в упор не видел, как огры, даже проиграв войну, издеваются над ними.
Каргат окинул арену взглядом. Она выглядела ровно так же, как и та, на которой он когда-то сражался – разве что трибуны украшены богаче. Им с Вождем досталась ложа по правую руку от императорской. Громмаш не стал садиться в убранное парчой кресло и вместо этого облокотился на перила, с любопытством рассматривая амфитеатр. Глашатаи как раз распаляли своими воплями толпу, представляя очередного чемпиона. На песок арены вышел грациозный саблерон с золотистой шкурой, и Каргат не сдержал презрительной усмешки. Ему представили Вул’гора накануне – это был лощеный артист, мастер боя на публику. Не чета ни Каргату, ни даже собственным диким соплеменникам. Саблероны всегда дрались с внушающей уважение первобытной яростью. Никто из них не стал бы по своей воле убивать на потеху придворным. Но такой уж это народ - огры: портят все, до чего дотягиваются своими толстыми масляными пальцами.
- Этот бой посвящается годовщине победы при Красных Пиках! – объявил глашатай, и трибуны взорвались возмущенным ревом.
«Орки проиграли ту битву», - вспомнил Каргат. Огры запрещали рабам делиться историями о победах – только рассказы о поражениях орков можно было передавать из уст в уста. Да уж, Мар’Гок действительно играл с огнем, настраивая зрителей против себя... Но затем на арену выгнали противников Вул’гора: пятерых едва вооруженных орков в обрывках шкур. Лица двоих скрывали угловатые расписные маски. Ропот толпы сменился злорадным улюлюканьем – это были пленники из предательских кланов Северного Волка и Смеющегося Черепа. Острорук не мог не признать, что король-чародей преподнес гостям достойный подарок. Он захотел встретиться взглядом с самим Мар’гоком, но его ложа до сих пор пустовала. 
Наконец, огр-прислужник ударил в гонг. Музыканты с дудками и барабанами задали бодрое сопровождение для расправы. А она была быстрой: Вул’гор мгновенно убил одного из «черепов», разорвав ему горло крючковатыми когтями. Остальные орки-бойцы попытались сбиться в кучу, но несколько магов на трибунах со знанием дела начали забрасывать арену огненными шарами. Пленники бросились врассыпную – а саблерону только того и надо было. На этот раз рухнул замертво воин в волчьей шкуре, а подоспевшая ему на помощь женщина истошно вскрикнула – одним взмахом лапы Вул’гор расщепил ее копье и, кажется, сломал руку. Зрители разразились гоготом, но в следующее мгновение в воздухе рядом с одной из трибун что-то ярко сверкнуло и с негромким звоном упало на утоптанный песок. Каргат не разобрал – что, пока раненая орчиха, метнувшись, не подхватила с земли короткий меч. «Что ж, по крайней мере, умрет с оружием в руках», - Острорук покосился на Громмаша и успел заметить, как Вождь одобрительно кивнул. Противники саблерона были предателями, но они оставались орками. Простые солдаты все равно болели за них. Пожалуй, только для чернокнижников толпа могла сделать исключение – этих никто не любил.
Тем временем Вул’гор занимался тем, что умел лучше всего – разыгрывал представление. Хищник позволил оркам окружить себя – их жалкое оружие, казалось, не представляло для него никакой угрозы, тем более что одна из нападавших была ранена. Его мимолетные удары оставляли глубокие царапины на незащищенных плечах и лицах орков, изматывая их. Вдруг еще один «волк» отбросил в сторону топорик и со звериным ревом бросился напролом, обеими руками подняв перед собой деревянный щит. Саблерон не успел увернуться так изящно, как хотел, и щит шоркнул по его грудной клетке. Чемпион издал короткий, почти удивленный рык боли. Он запустил когти обеих передних лап в плечи орка и подпрыгнул, опираясь на своего противника. Когда саблерон приземлился у орка за спиной, тот рухнул навзничь – его шея была уже сломана. Стоило отдать зверю должное: убийство было таким эффектным, что Каргат едва не проглядел, как выживший мужчина подобрал топор и метнул его в Вул’гора. Лезвие с хрустом впилось саблерону в ногу. Сразу растеряв всю свою кошачью ловкость, “чемпион” завертелся на одном месте, припадая на раненую лапу. В следующее мгновение короткий меч орчихи вспорол ему брюхо.
Трибуны пришли в движение, поднялся гвалт, заглушивший даже барабанный бой и недоуменные крики пары глашатаев. Огры горячо обсуждали ставки, кое-где пустив в ход пудовые кулаки, а орки Железной Орды не скрывали своего ликования. Даже сам Громмаш оскалил клыки в торжествующей ухмылке. Мужчина с окровавленным лицом - в бою саблерон разбил на нем маску - хрипло расхохотался, подняв над головой кулак. Но Острорук уже не смотрел на еле живых победителей. Его наметанный глаз уловил, как огры-работники засуетились у механизмов, которые управляли решетками в нишах арены. Там обычно держали диких зверей. Да, этой парочке повезло, но против танаанских тигров у них не будет шанса. Даже тела не придется убирать…
- Куда ты?!
Пальцы Адского Крика лишь соскользнули по руке Каргата, когда тот перемахнул через перила. Еще один прыжок - и вот под ногами песок арены, а над головой переполненный амфитеатр. Намного привычнее, чем смотреть сверху вниз. Он не успел закончить свою карьеру обычным образом - почивая на лаврах, самому оказаться на трибунах среди почетных гостей. Огры заперли его в самом глубоком подземелье, потому что знали, что сколько волка ни корми... 
- Довольно!
Работники арены застыли, переглядываясь: этого их сценарием предусмотрено не было. А еще от них разило почти животным страхом. Слава Острорука гремела по всей империи, и каждый огр сейчас испугался за свою жизнь.
- Я покажу этим щенкам, на что способен истинный чемпион! - ощерился Каргат, запрокинув голову. 
“А заодно подарю им смерть воинов, которую они заслужили”, - добавил про себя бывший гладиатор. 
По трибунам пробежала волна ропота. Перешептывания стали еще громче, когда сам король-чародей, растолкав стражу, показался в своей ложе. Глашатаи - кто б заткнул их луженые глотки! - уже спохватились и кричали, что битва, при которой пожелал присутствовать император, без сомнения, войдет в историю - или вроде того. Будто все шло так, как и было запланировано. Но Каргату лишь хотелось увидеть, как старому огру понравится, что бывшие рабы теперь заправляют на его арене.
- Какая честь, Каргат, - ехидно пробасил Мар’гок. - Я с удовольствием посмотрю, как ты снова будешь биться, несмотря на… увечье.
- А я польщен, - орк отвесил неряшливый поклон. - Зрители заслуживают настоящего гладиатора, последний боец был просто бездарен!
В солнечный день под императорским навесом царила глубокая тень, и Каргат к своему сожалению не мог разглядеть кислую мину огра. Но он мог дать на отсечение вторую руку, что Мар’гок раздосадован бесславным поражением своего ручного саблерона. Вдруг подоспевший распорядитель арены наклонился к уху императора, что-то шепча. Мар’гок выслушал его и рассмеялся.
- Но не будешь же ты демонстрировать свое умение, сражаясь против двух калек! - вновь обратился к Остроруку король-чародей. - У меня для тебя приготовлены другие, достойные противники.
- Что еще за противники?! - неожиданно подал голос Адский Крик. - Ты что затеял, огр?.. 
Его слова утонули в гуле толпы - но не яростном, а, скорее, возбужденном. Толпа всегда хочет зрелища - что ж, она его получит. Не вождям и королям решать, быть ли этому сражению. Каргат взмахнул рукой-клинком, так что лезвие со свистом описало в воздухе дугу. Над ареной пронесся вызывающий клич Изувеченной Длани, которому вторили слова императора огров:
- Гладиаторы! Я дарую вам шанс заслужить славную смерть и навеки вписать свое имя в историю! Да начнется битва!


Завершительным этапом будет эта работа от Шакко, Не буду спойлерить, читайте сами :)

Шакко - Призраки Стратхольма


Я – Певчий Форрестен. Когда-то я был самым лучшим певчим в городе, и слушать меня приходили все – мужчины, женщины, старики и дети. Особенно я любил играть в центре города на Праздничной Улице. До сих пор вспоминаю запахи цветов, звуки флейты и восхищенные взгляды жителей города. Флейта… Когда-то мне ее подарил отец и с тех пор, сколько бы я не пробовал играть на других инструментах, я всегда возвращался к ней. В ней же я и обрел смысл жизни. И теперь она единственное, что осталось у меня. Теперь, когда весь город заволокло дымом и огнем. 
Я пытался вырваться отсюда, но ворота из города наглухо закрыты. Я прихожу к ним каждый день, надеясь, что когда-нибудь они откроются, и я смогу уйти из этого проклятого места. Но мои надежды уйти отсюда тают, так же как и надежды найти своего лучшего друга. Я знаю что он не ушел с другими, он бы не оставил так просто свой табак. Иногда и прихожу к его лавке. Пара ящиков отменного табака все еще лежат там, нетронутые огнем. Но ни следа моего лучшего друга, лишь тихое рычание издается внутри его лавки. 
Временами я вижу своих старых знакомых. Но они проходят мимо меня, не замечая ничего вокруг. Я пытался заговорить с ними, но они не издают ни звука. Лишь бесцельно идут вперед, а потом через некоторое время исчезают. Несколько раз я пытался играть для них на флейте, но они не слышат ее. Они лишь тени живых людей. 
Порой прихожу играть на Праздничную улицу, в надежде, что кто-нибудь услышит мою игру на флейте. Здесь больше нет цветов, только запах гари и треск огня. Но я все так же погружаюсь в свою музыку, сидя на краешке давно пересохшего фонтана. Никто кроме меня не слышит ее, но я не прекращаю играть. Хотя краем глаза я вижу, как у решетки, с другой части города, на меня смотрит девушка. Я вижу только очертания ее – у нее длинные развевающиеся волосы и пышное полупрозрачное платье. Стоит мне повернуться, и она исчезает. В первый раз я решился даже подойти к решетке, но внутри все покрыто мраком и не видно даже на расстоянии вытянутой руки. Теперь мне достаточно лишь осознания того, что кто-то как в старые времена наслаждается моей игрой на флейте. 
Сегодня я как обычно шел по дороге к своему любимому фонтану в центре города. Я сочинил новую мелодию, и мне не терпелось ее опробовать. Меня прервал странный звук сзади. Я давно не слышал ничего кроме треска огня от пылающих зданий. Я обернулся и увидел, как необычное существо маленького роста бежит прямо ко мне. Я никогда раньше таких не видел – оно было зеленым, его огромные уши немного дергались от движения, а пухлые губы застыли в кривой ухмылке, при этом оно было в два раза меньше меня. В руках он сжимал два кинжала. Я не испугался странного чужестранца - это чувство давно пропало из моей души. Поэтому я лишь остался стоять и ждать в попытке узнать, что же оно хочет от меня. Существо подбежало ко мне и тут же ударило кинжалом в сторону живота. Я успел увернуться. Кинжал лишь царапнул по коже. Но следующий удар кинжала попал мне в предплечье. Я закричал от боли и это похоже ненадолго деморализовало существо. Я ударил кулаком неповрежденной руки. Удар. Еще удар. Однако, похоже, существу мои удары не наносят существенных повреждений. Оно очнулось и ударило меня еще раз. Я попытался увернуться, но кинжал проткнул бедро, а второй задел ребра. Я упал на одно колено. Существо улыбнулось и пронзило мое сердце. 
Снова смерть…снова весь мир погружается во тьму. По крайней мере, тут нет этого вездесущего огня и дыма. Я знаю, что я давно мертв, но я все еще хочу жить.
Чувствую как что-то теплое дотронулось до моей руки и забрало флейту. Самое дорогое. Как же я теперь буду играть?

Жюри в составе аж шести человек, по два от каждой гильдии-участника (Хранители Легенд, Солнечный Котёнок и Ачивхантеры), не были единогласны, и каждый из рассказов получил свои добрые слова. Но мнения жюри я опубликую чуть позже, а пока поздравляем победителя и призеров!

3 место - Шакко
2 место - Сюнси
1 место - Ивинг

И приз зрительских симпатий достается Медведу, его тактика на Статик понравилась большинству проголосовавших.

Пока мы ждём публикации Кандамаром мнения остальных жюри, выложу на обозрение свои комментарии:


Никнейм автора и название работы.
Комментарии и оценка.

Gnomcore – Прыгопотам


3 балла
Необычный выбор – писать от лица  гигантского гну-синя из Хмелеварни Буйных Портеров :D. Но, на мой взгляд, Прыгопотам получился весьма похожим на своего игрового пиксельного двойника. Печальный итог даже растрогал, собственно, сидели-сидели себе гну-сини, а потом кто-то пришёл и – бах! – надавал всем по голове. Понимаешь, что в тот момент первой игровой встречи тебя эти факты не заботят, в первую очередь хочется уничтожить врага, даже если это ты залез к нему в жилище и распугал малышей. Рассказ соответствует критериям конкурса.

Эсмин – Очиститесь лифтом!


2 балла
Гибель на подъёмнике – предмет вечных шуток со времён лифтов в Андерсити и Мулгоре, в Тысяче Игл и, конечно же, в том самом месте, где смерти на лифте были наконец поставлены на счётчик и стали отображаться в оружейной – в ТКТ (http://ru.wowhead.com/achievement=5756) Со стороны Наташи считаю выбор данной темы смелым шагом, потому как о лифте уже шутили все, кому не лень. Но преподнесён рассказ с юмором и задором бывалых рейдеров. Сделанные специально для рассказа скриншоты добавляют эффект присутствия, что является большим плюсом. Является ли лифт боссом или нет – вопрос спорный.

Медвед – Статик Герои Азерота


1 балл

Тут мы видим настоящий обзор на босса «рейд», расписаны способности «босса», найдены подходящие картинки для красочности тактики. Сразу видно, у Медведа есть большой опыт в рейдерских походах :) И про селфи с поверженным боссом не забыл. Но критерии не выдержаны, боя с боссом мы не увидели, хотя расписано всё довольно интересно.

Ивинг – Тёмные Шаманы.


7 баллов
Харомм и Кардрис – любимцы шаманов, сколько страданий они принесли тем, кто никак не мог выбить с этих товарищей заветный сундук? Подозреваю, что Ивинг это чувство знакомо :) Рассказ очень интересный, я зачиталась. Задумалась. В бою нет времени оглянуться и спросить – почему у боссов одно здоровье на всех? Хотя это было интересно ещё во времена БТ и предпоследнего босса этого рейда. А Ивинг всё так гладко и легко повествует. Критериям соответствует.

Сюнси - Спасение принца Лордерона


6 баллов
Жаль, что некоторые из ордынцев наверняка не наблюдали цепочку заданий в подземельях ЦЛК с Джайной, потому как за Орду там правит Сильвана. Но, думаю, те, кто заинтересуется, не будут разочарованы. Король-Лич – довольно неоднозначный персонаж, когда его роль играет принц Лордерона. А фраза «тебя никто никогда не любил, кроме безмозглой лошади» объясняет, почему я так долго не могу её выбить -_- Просто принц не хочет её отдавать! :) Печальный конец и без того печальной истории глупого мальчишки и безумного чернокнижника. Рассказ соответствует критериям конкурса.
Фиэннес (внеконкурсная работа) – Про Иллидана
Рассказ от первого лица о Предателе Иллидане. Фанфик об отношениях с Келем и Вайш, Малфурионом и Тирандой, основанный на событиях WC3. Советую почитать людям, незнакомым ещё с этой категорией фанфиков по варкрафту, для них это будет интересным открытием неизведанного в мире варкрафта. Однако, думается мне, что таковых в наше время мало.

Чийва – Каргат Острорук


5 баллов
Каргат Острорук из альтернативного прошлого мне не очень знаком, но рассказ Чийвы выдержан в истинно оркском стиле – суровом, но справедливом, с ареной и бойцами на ней. К сожалению, я ожидала боя именно с Каргатом, а тут, получается, бой проходит с Вул’Гором. С ним, увы, я тоже не знакома по игре, приятно было узнать нечто новое. Чийва, сумев заинтересовать читателя, обрывает рассказ на самом интересном месте, а ведь я только собралась устроиться поудобнее с печеньками в обнимку :( Жаль, что окончание рассказа – уже совсем другая история, мы будем ждать продолжения. Критерии конкурса выдержаны.

Шакко – Призраки Стратхольма


4 балла
Рассказ о  Певчем Форрестене. Ещё одна печальная история с несбывшимися надеждами. Начало интригует, ведь автор представляет нам Форрестена, который, кажется, думает, что он-то, в отличие от всех остальных обитателей Стратхольма, ещё жив. Нежить обычно не боится смерти, а зачастую и вовсе стремится к ней, но герой Шакко интересен тем, что, напротив, не хочет умирать. Критерии конкурса выдержаны.


Баллы ставила из расчёта того, что рассказов, участвующих в конкурсе – семь, то есть разбалловка была от одного до семи. Учитывались соответствие критериям конкурса, литературная ценность, отыгрыш персонажа (или персонажей). Первое место я бы отдала Ивинг, потому как Тёмные Шаманы в фанфиках мне пока что не встречались, и было интересно узнать их с обратной стороны, считаю эту работу лучшим примером рассказа, соответствующего теме конкурса. 

Остальные работы не менее хороши, выбор был очень сложным, старалась оценивать максимально объективно, поэтому друзья, которым, к сожалению, досталось мало баллов, не обижайтесь, я уверена, что у Кандамара в рукаве ещё много козырей и конкурсов (хотя как это возможно, чтобы у кота были рукава?)


На этом всё, дорогие и котявые :) Как обычно, ваша Няша, Водный Элементаль и замечательные конкурсанты, работы которых нам так понравились. До новых встреч!


UPD: Кот опубликовал мнения остальных жюри. Разбито на абзацы, каждый абзац - отдельный комментарий:

Gnomecore - Прыгопотам


Очень мило. Местами перегнул палку, но «малыш сомлеть» - это прекрасно.

Хорошая работа. В то же время, если уж применять стиль "спецдиалекта", то уж играть надо до конца, без всяких там "ужинов", "маринадов", "балконов", "защит", "оборон", "нападений", "слабости" и т.д. Все-таки можно было поработать над синонимами, чтобы текст выглядел до конца аутентичным. Но в остальном - все очень хорошо.

Отличная задумка, но подкачала реализация. Если уж и пытаться изобразить мысли этого существа, то стоило бы все же писать ближе к тому, как говорят в игре гну-сини. У нас же налицо вариант, написаный примерно по памяти. Из-за чего Прыгопотам представляется мне помесью горена, огра и, собственно, гну-синя.

Очень сильная и эмоциональная работа. Грустная история о бессердечных "героях". Стилизация понравилась, позволяет полнее погрузиться в переживания нечеловеческого существа

Необычный выбор – писать от лица гигантского гну-синя из Хмелеварни Буйных Портеров . Но, на мой взгляд, Прыгопотам получился весьма похожим на своего игрового пиксельного двойника. Печальный итог даже растрогал, собственно, сидели-сидели себе гну-сини, а потом кто-то пришёл и – бах! – надавал всем по голове. Понимаешь, что в тот момент первой игровой встречи тебя эти факты не заботят, в первую очередь хочется уничтожить врага, даже если это ты залез к нему в жилище и распугал малышей.


Эсмин - Лифт


Гибель на подъёмнике – предмет вечных шуток со времён лифтов в Андерсити и Мулгоре, в Тысяче Игл и, конечно же, в том самом месте, где смерти на лифте были наконец поставлены на счётчик и стали отображаться в оружейной – в ТКТ (http://ru.wowhead.com/achievement=5756) Со стороны Наташи считаю выбор данной темы смелым шагом, потому как о лифте уже шутили все, кому не лень. Но преподнесён рассказ с юмором и задором бывалых рейдеров. Сделанные специально для рассказа скриншоты добавляют эффект присутствия, что является большим плюсом. Является ли лифт боссом или нет – вопрос спорный.

Неплохая задумка и реализация. Неожиданный для меня выбор "босса", но, не могу не придраться, несколько нарушено задание. Вместо описания боя от лица босса следует пересказз некой истории. Личность босса не раскрыта. Где коварство? Где злоба? (шучу) Хороший рассказ.

Приятная работа, посвященная сильнейшему рейдовому боссу в игре. Оригинально, написано со вкусом. Но все-таки можно было добавить какой-то сквозной сюжет, идущий в настоящем времени, параллельно с воспоминаниями, а также наделить лифт какими-то человеческими качествами - у него же есть шестеренки, канаты, что-то его двигает - это можно было очень интересно обыграть, подключив чуть больше творческой компоненты.


Медвед - Статик

Вот она настоящая обратная сторона. Не только взгляд со стороны босса, но и представление босса "героем" готовящимся к битве с нами. Все же себя узнали?

"Лучший друг" - бойцы злятся на питомцев и прислужников других Героев, что снижает наносимый урон бойцов ближнего боя на 30%. - о, да!

Тут мы видим настоящий обзор на босса «рейд», расписаны способности «босса», найдены подходящие картинки для красочности тактики. Сразу видно, у Медведа есть большой опыт в рейдерских походах И про селфи с поверженным боссом не забыл.


Ивинг - Тёмные шаманы

Честно говоря я в восторге. Собственно на этом комментарии можно закончить. Определенно Ивинг мой фаворит в этом конкурсе. Работа по теме (что радует) и не выглядит банальным пересказом тактики от лица босса.

Отлично. Просто отлично по всем категориям. Целостное законченное произведение с душой. Плюс отлично вписаная механика боя.


Интересно раскрытый сюжет, эмоционально и трогательно. Очень приятно отработана банальная на первый взгляд история чуть больше чем дружбы мальчика и девочки, тем более для таких необычных героев.


Шикарно! Слов нет. Мне кажется, Ивинг про каждого босса-орка столько всего классного может написать.. Я бы даже ее обязала обо всей Литейной рассказать в таком духе.

Харомм и Кардрис – любимцы шаманов, сколько страданий они принесли тем, кто никак не мог выбить с этих товарищей заветный сундук? Подозреваю, что Ивинг это чувство знакомо Рассказ очень интересный, я зачиталась. Задумалась. В бою нет времени оглянуться и спросить – почему у боссов одно здоровье на всех? Хотя это было интересно ещё во времена БТ и предпоследнего босса этого рейда. А Ивинг всё так гладко и легко повествует


Сюнси - Король-Лич

Жаль, что некоторые из ордынцев наверняка не наблюдали цепочку заданий в подземельях ЦЛК с Джайной, потому как за Орду там правит Сильвана. Но, думаю, те, кто заинтересуется, не будут разочарованы. Король-Лич – довольно неоднозначный персонаж, когда его роль играет принц Лордерона. А фраза «тебя никто никогда не любил, кроме безмозглой лошади» объясняет, почему я так долго не могу её выбить -_- Просто принц не хочет её отдавать! Печальный конец и без того печальной истории глупого мальчишки и безумного чернокнижника.


Очень спорная тема, я бы не рискнула. Но написано душевно. Видимо, Сюнси действительно представляет себе все именно так.


Хорошая, качественная работа. В то же время чувствуется определенная затянутость, а также капелька графоманства. Все-таки текст пишут ради сюжета, а не ради текста Но в целом - очень хорошо.


Чийва - Каргат Острорук

Мне жалко Вулгора! Хорошо написано, но мало о самом боссе. Мне бы хотелось почитать, как Каргат вращал нас цепью. Там есть, о чем рассказать.

Каргат Острорук из альтернативного прошлого мне не очень знаком, но рассказ Чийвы выдержан в истинно оркском стиле – суровом, но справедливом, с ареной и бойцами на ней. К сожалению, я ожидала боя именно с Каргатом, а тут, получается, бой проходит с Вул’Гором. С ним, увы, я тоже не знакома по игре, приятно было узнать нечто новое. Чийва, сумев заинтересовать читателя, обрывает рассказ на самом интересном месте, а ведь я только собралась устроиться поудобнее с печеньками в обнимку Жаль, что окончание рассказа – уже совсем другая история, мы будем ждать продолжения.


Шакко - Певчий Форрестен

Я прониклась сочувствием к певчему. Но как-то слишком коротко, что ли.


Прекрасная работа. Очень хороший тон - довольно эффектное раскрытие интересного сюжета в рамках столь малого объема текста.

Отличная работа по теме. Задумка и реализация на высоте. Выбор персонажа - тоже. Даже не знаю, что добавить.

Рассказ о Певчем Форрестене. Ещё одна печальная история с несбывшимися надеждами. Начало интригует, ведь автор представляет нам Форрестена, который, кажется, думает, что он-то, в отличие от всех остальных обитателей Стратхольма, ещё жив. Нежить обычно не боится смерти, а зачастую и вовсе стремится к ней, но герой Шакко интересен тем, что, напротив, не хочет умирать.

3 комментария:

  1. Спасибо за подробный разбор всех конкурсных работ. А в следующий раз жду в числе участников!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Тебе спасибо за уйму интересных конкурсов :) Я постараюсь))

      Удалить
  2. Серьёзная работа! Как со стороны конкурсантов, так и со стороны жюри! Любопытный конкурс, однако :)

    ОтветитьУдалить